
- Ты можешь отказаться от тэн, щадить их и болеть. Хочешь, я расскажу тебе, что будет через два месяца без подпитки? - голос отца звучал глухо, но не был недовольным, скорей усталым. Эя взяла и-цы нового раба по настоянию Стейпфила, и теперь приходила в себя. Парень попался упрямым и скупым, а ненависть клубящаяся в нем, сжигала теперь и ее, рождая неприятный осадок во рту. "Нет, лучше уж, быть голодной", - решила она, с опаской покосившись на отца - не угадал ли он ее мысли?
Тот недовольно прищурился и сел в кресло напротив постели дочери:
- Не думал, что подобная проблема могла возникнуть у тебя. Ты слишком похожа на мать. Марина - да - предполагал, но ты? Эя, девочка, что с тобой происходит? Откуда это преступное отношение к своему здоровью? Что не устраивает? Качество? Ассортимент?
- Донор.
- Конкретно?
- Не знаю…Они ненавидят меня.
- Тебя трогают чужие эмоции? - отцу это явно не нравилось, и Эя знала почему, понимала, что призналась в самом худшем из "грехов" - слабости. Сейчас отец осудит ее, накажет, а может и прогонит из туглоса, запретит общаться с другими, отправит в резервацию, на Мольфорн где клаонам прививают основы флэтонской морали.
Но, нет, в глазах Лоан не было и доли укора или осуждения - в них прокралась печаль. Мужчина нажал кнопку на пульте, перекрывая доступ в комнату любому желающему их потревожить, и сел рядом с дочерью на край постели:
- Я знаю, что тебе трудно. К сожалению, жить в смятении и носить в себе чувство отверженности, участь любого клаона, но поверь мне, это лучше, чем быть окэсто. У тебя организм флэтонки, но характер - землянки. Ты не можешь без допинга, но твоя психика слишком тонко реагирует на проявление донорских чувств. Я подозревал, что может случиться нечто подобное, видел как ты, вот уже год, борешься сама с собой. Поэтому я и пошел на союз с Ван-джук. Тебе необходим муж, мужчина который даст тебе нужное и избавит от излишних колебаний, сохранив при этом неповторимость твоей личности. Ты слишком ранима, Эя, слишком наивна. Для зрелого мужчины ты станешь подарком, бесценным даром, который он сможет и оценить, и уберечь.
